После всего, что люди сделали для Бога, он мог бы все-таки дать себе труд существовать.
Почему, когда любишь женщину и все у вас с ней чудесно, она непременно хочет превратить тебя и себя в воспитателей целой кучи сопливых младенцев, которые орут с утра до ночи и путаются у вас под ногами, мешая наслаждаться уединением?
Зачем обременять себя семьей, когда отстаиваешь свободу как высшую ценность?
Люблю я свое несчастье. Оно составляет мне компанию. Порой, когда я временно счастлив, мне даже не хватает этой занозы. На хандру легко подсесть.
Может, это звучит претенциозно, но мне кажется, у кого есть хоть крупица ума, тот может только грустить.
Одиночество стало какой то стыдной болезнью. Почему все так его чураются? Да потому, что оно заставляет думать. В наши дни Декарт не написал бы: «Я мыслю — значит, я существую». Он бы сказал: «Я один — значит, я мыслю». Никто не хочет оставаться в одиночестве: оно высвобождает слишком много времени для размышлений. А чем больше думаешь, тем становишься умнее — а значит, и грустнее.
Секунды умирают стайками по шестьдесят, образуя минуты.
Смерть — единственная встреча, не записанная в вашем органайзере.
Самые лучшие праздники — те, что происходят внутри нас.
Каждая мелочь обретает ценность, когда главное утрачивает смысл.
Мужчина без женщины дичает: несколько дней одиночества — и он перестает бриться, мыться, урчит по-звериному.
Человеку понадобилось несколько миллионов лет, чтобы прийти к цивилизации, а вернуться в неандертальское состояние можно дней за шесть.
Смерть — единственная встреча, не записанная в вашем органайзере.
Сказки бывают только в сказках.
В жизни бывает только одна большая любовь, все предшествующие ей любови — лишь проба пера, а все последующие — наверстывание упущенного.
Две самые ужасные фразы в мире, это: «Мне надо с тобой поговорить» и «Надеюсь, мы останемся друзьями». Самое смешное, они всегда приводят к противоположному результату, ломая и беседу, и дружбу.
Время без тебя течет слишком медленно. Завтра наступит через год.
Наша любовь потому и хороша, что невозможна.
Как утомительно не быть влюбленным: все время надо кого-то соблазнять, а конкуренция жестокая.
Удивительно в этой жизни то, что она продолжается.
Ты самое значительное событие с тех пор, как нога человека не ступает больше на Луну.
Ты не позволила мне не полюбить тебя. Я просто не мог поступить иначе. Ты не дала мне пройти мимо.
Любовь — это когда чувствуешь, что прозевать кого-то значит прозевать свою жизнь.
Любовь — это когда перестаешь колебаться. Когда все остальные женщины кажутся пресными.
Я скучаю по тебе, еще не узнав тебя.
Можно долгие годы искать что-то или кого-то и в конце концов прийти к выводу, что на самом деле ты искал самого себя.
Единственный вопрос в любви — вот он: когда мы начинаем лгать? Все так же ли вы счастливы, возвращаясь домой, где вас ждет все тот же человек? Когда вы говорите ему «люблю», вы по прежнему так думаете? Наступает — неизбежно наступает — момент, когда вам приходится делать над собой усилие. Когда у «люблю» уже не будет того вкуса. Для меня первым звоночком стало бритье. Я брился каждый вечер, чтобы не колоть Анну щетиной, целуя ее в постели. А потом однажды ночью — она уже спала (я был где-то без нее, вернулся под утро, типичное мелкое свинство из тех, что мы себе позволяем, оправдываясь семейным положением) - взял и не побрился. Я думал, ничего страшного, она ведь и не заметит. А это значило просто, что я ее больше не люблю.
Быть влюблённым значит удивляться. Когда удивление проходит, наступает конец.
Вот три фразы, которые следует произносить при разрыве с женщиной: «Я от тебя ухожу», «Между нами всё кончено» и «Я тебя разлюбил». Пока они не произнесены, всё ещё поправимо.
Короче, когда ты изменяешь жене, есть два варианта: либо ты останешься с ней, но ничего не получается, либо ты её бросаешь и ничего не получается всё равно.
Бабы и так круче нас, но если у них вдобавок есть ещё и чувство юмора, нам вообще крышка.
До меня наконец дошло. Чтобы снять телку, главное — не уступать её бесконечным «нет».
Большинство знаменитых соблазнителей вполне среднестатистические парни. Просто они смиряются, когда их отвергают, но тут же снова лезут на рожон. Ни одна женщина не скажет «да» с первой попытке. Когда она посылает вас подальше, надо тихо отойти в сторонку минут на пять (чтобы ей стало мучительно больно), потом вернуться, снова попытать счастья и так далее.
Когда нет друзей, день рождения отмечают в ночном клубе.
Мы были самой что ни на есть влюбленной парочкой. Все оборвалось, лишь только мы решили, что любовь нуждается в доказательствах. Как будто просто заниматься ею было недостаточно.
Лучший способ не жалеть о чем-то — постараться это забыть.
Я люблю тебя одну, и тебе придется с этим примириться, даже если ты не собираешься ничего менять в своей жизни. В твоем городе живет человек, который любит тебя и страдает, хочешь ты этого или нет.
Любовь — это битва. Заранее проигранная.
Самоубийцы — действительно несносные люди.
Моя жена вернула мне свободу, а я, видите ли, на нее в претензии. Я в претензии за то, что она оставила меня наедине с самим собой. За то, что позволила мне начать все заново. За то, что заставила меня отвечать за свои поступки. За то, что из-за нее я пишу этот абзац. Я страдал оттого, что связан, а теперь страдаю оттого, что свободен.
Вот она, значит, какая, взрослая жизнь: строить замки из песка, потом прыгать на них двумя ногами и строить снова, опять и опять, прекрасно зная, что океан их все равно слизнет.
Любовь — это упоительная катастрофа: знаешь, что несешься прямо на стену, и все же жмешь на газ; летишь навстречу своей гибели с улыбкой на губах; с любопытством ждешь минуты, когда рванет.
Любовь — единственное запрограммированное разочарование, единственное предсказуемое несчастье, которого хочется еще.
Любовь — это кратковременное повышение уровня дофамина, норадреналина, пролактина, люлиберина и окситацина. Малюсенькая молекула фенил-этиламина (ФЭА) вызывает определенные ощущения: приподнятое настроение, возбужденность, эйфорию. Любовь с первого взгляда — это в нейронах лимбической системы происходит насыщение ФЭА. А нежность — это эндорфины (опиум для двоих).
Все проходит и все продается. Человек — такой же товар, как и все остальное, и у каждого из нас есть свой срок годности.
Вот вам простейший тест на влюбленность: если, проведя четыре-пять часов без вашей любовницы, вы начинаете по ней скучать, значит, вы не влюблены — иначе десяти минут разлуки хватило бы, чтобы ваша жизнь стала абсолютно невыносимой.
После всего, что люди сделали для Бога, он мог бы все-таки дать себе труд существовать.
Конец света — это миг, когда сатира становится реальностью, когда метафоры реализуются буквально, а карикатуристы чувствуют себя сопляками.
Мы живём в странное время; война переместилась на новое пространство. Полем битвы стали СМИ, и в этом новом конфликте трудно отделить Добро от Зла. Сложно понять, кто добрый, а кто злой: стоит переключиться на другой канал, и противники меняются местами.
Безработные несчастны без работы, работающие несчастны от ее избытка.
Легкие ждут туберкулеза, дабы почувствовать, что они существуют.
В течении недели они занимались любовью по разу в день. Они уже вступали в тот возраст, когда и это многовато. Все вдруг показалось таким простым и понятным. С возрастом люди не становятся счастливее — просто они опускают планку ниже, чем прежде.
Мы любим, только когда нас отвергают или ускользают от нас.
Она отказывалась от чаевых с мелочью и кричала при этом: «Э! Я что тебе, копилка?» В итоге уходила домой с полными трусиками купюр.
Нет ничего уродливее мужчины, который мнит себя красавцем.
Моя жизнь рушится, но этого никто не видит, потому что я человек воспитанный: я все время улыбаюсь.
Я любил, и меня любили, но это никогда не совпадало по времени.
- Через сколько времени ты меня бросишь?
- Через десять килограммов.
Известный французский писатель, литературный критик, литературный редактор и рекламщик, родился 21 сентября 1965 года в городе Нейн-сюр-Сен под Парижем. Мать Бегбедера — Кристин де Шатенье — переводчик дамских романов на французский язык (в частности, произведений Барбары Картленд), а отец, Жан-Мишель Бегбедер, - профессиональный «охотник за головами». Брат Шарль Бегбедер — основатель брокерской конторы Selftrade и первой во Франции частной электросети Poweo. Его «Рассказики под экстази» пользуются неизменной и заслуженной популярностью у читателей.
Заслуженную славу одного из самых интересных современных французских писателей Фредерику Бегбедеру принесли романы «Воспоминания необразумившегося молодого человека» (1990), «Каникулы в коме» (1995), «Любовь живет три года» (1997), «Рассказики под экстази» (1999), «99 франков», ставший лидером книжных продаж 2000 года во Франции и «За иллюминатором» (2002). В 2007 году вышел новый роман мэтра — «Спасите, извините» (в русском варианте — «Идеаль»), действие в котором разворачивается в России.
Кстати, в 2000-х гг. писатель несколько раз приезжал в Россию, где встречался с читателями и рассказывал о своем отношении к профессии рекламщика, рассуждал о литературе и судьбах искусства.
В начале 2000-х писатель устремился в политику, был советником Робера Хью — кандидата компартии Франции, а также — вместе с Джонатаном Ламбером, Сабиной Кроссен и Хендой — запустил новое ток-шоу Hypershow на Canal +.
Недавно Бегбедер увлекся кинематографом: снялся в порнографическом фильме «Дочь лодочника» (с участием звезды жанра Эстель Дезанж), потом, в мае 2007 года он уехал в США и снял фильм о знаменитом писателе-затворнике Джероме Дэвиде Сэлинджере. Два романа Бегбедера экранизированы: это «99 франков» в постановке Яна Кунена и «Окна в мир» (Windows on the World), режиссером которого стал Макс Пу (Max Pugh).
